May 13th, 2011

плавание

Политический "авангард" Ивана Грозного

Может быть в этот период впервые драма русской истории начинает развивать свой собственный сюжет, не похожий ни на западный, ни на восточный. Ивану Грозному
удалось не только сломить дворянскую оппозицию, подточить могущество церкви, сконцентрировать власть в одних руках и даже создать подобие террористической партии, которая станет прообразом партии большевиков, но и выдвинуть особый тип обоснования сверхвласти.

Иван настаивает на том, что власть его распространяется и на души, и даже на помыслы подданных. За помыслы тоже можно наказывать, ибо они еще опаснее, чем явные дела.

Вообще для царя его все подданные это рабы, «холопы». Царь не может быть преступником уже потому, что он выше закона и не отчитывается перед рабами. Но он может быть грешником – это совсем другая категория. <…> Отношение к церкви у царя Ивана весьма непростое. С одной стороны, он не желает делиться с ней властью и подчеркивает, что учиться он может только у Бога или архангела Михаила. Он жестоко расправляется с неугодными иерархами и даже создает свою квази-монастырскую организацию, которая играла роль военно-монашеского ордена – т.н. «опричнина». Но в то же время он воспринимает свою миссию как религиозную и пытается изобразить себя верным сыном церкви, соблюдая обряды. <…> В безумии Ивана есть своя система и логика. В момент активизации сил общества, он организует серию контрреформ, создает особую «культуру внутри культуры», ради того, чтобы осуществить идеал бога-царя, который ему кажется достойным призвания России.

Строго говоря, Иван Грозный мог бы себя назвать «западником», ибо он ощущал свое государство частью Европы, себя – потомком царя Августа, и не случайно поощрял лютеранскую общину в Москве. Во всяком случае, его трудно назвать архаистом-почвенником. Его деятельность – это политический «авангард», борьба с боярским традиционализмом.

(А.Л.Доброхотов. Из сб. «Белый царь», М. 2001, с.519, 542-543).