May 18th, 2012

боярин смеётся ("петр первый")

История Подрельского раскола. Часть 1-я. Скандальные похождения православного клира.

Оригинал взят у tornado_84 
 В 1908 году в Вятке вышла в печать книга священника-миссионера о. Павла Цвейтова "Описание Подрельского раскола". Для начала - немного истории. Подрелье - старинное (основано в XVI веке) русское село в Орловском уезде Вятской губернии, сейчас от него осталось лишь одно название да развалины храма. Между тем, в конце 19-го века село (само по себе небольшое, его можно назвать церковным селом) было центром волости. Приход подрельской Введенской церкви по данным 1912 года объединял 86 деревень и починков, в них проживало 9515 человек - 8103 православных и 1412 старообрядцев. История подрельского раскола любопытна тем, что из местных крестьян-старообрядцев (т.е. совращенных в раскол) происходили вятские купцы и заводчики Лаптевы, о богатстве которых ходили легенды*. Но и кроме Лаптевых среди подрельских староверов было еще несколько весьма богатых семейств. Примечателен и тот факт, что расколоучителями Подрелья были бывшие служители официальной Церкви, в частности -  псаломщик (внук священника) Иван Никонович Изергин. Кроме того - с 1870 по 1878 годы настоятелем храма в Подрелье был священник Михаил Тихоницкий, прославленный Русской Православной Церковью в лике новомучеников в 2003 году.
 Труд о. Цвейтова по выходе в свет привлек большое внимание. Во-первых, миссионер был не понаслышке знаком с историей Подрелья - он сам прослужил много лет в на этом приходе. Интерес читателей был вызван и богатейшим историческим материалом; кроме того - о.Цвейтов не скрывал истинных причин распространения старообрядчества. Нашему взору предстает увлекательная картина, где с одной стороны действующими лицами являются староверы-начетчики, лица весьма религиозные, ученые и добродетельные, их верные помощники - разбогатевшие подрельские купцы, добившиеся посредством денег чуть ли не торжества своего (в 1906 году недалеко от села была выстроена большая староверческая молельня и школа при ней); с другой стороны - малограмотное, бездеятельное и, что самое печальное, часто безнравственное духовенство официальной церкви, епархиальные и светские власти - ярые, но неумелые "искоренители" раскола. Между этими сторонами два века шло соперничество за умы и сердца подрельских крестьян. Раскольники в этой борьбе были в явном меньшинстве, не на их стороне была верховная власть, зато это были люди стойкие, сплоченные и энергичные - яркие пассионарии, и успех их миссии был очевиден (в период с 1850-го по 1870-й год по документальным данным подрельской церкви уклонились в раскол 1200(!) душ православных, тайных же сторонников раскола было еще больше и  их никто не считал). Двадцатый век подвел черту под этим долгим и напряженным противостоянием, большевики закрыли и православный храм, и молельню староверов, реквизировали громадное состояние Лаптевых, они же расстреляли в 1918 году о. Михаила Тихоницкого. Кстати, с именем отца Михаила связан и период возрождения православного прихода Подрелья. Удивительно, но то, что должно было быть нормой - благообразное и по чину совершение богослужений, благоговейное отправление таинств, стройное пение хора, требы не за установленную мзду, а за добровольное пожертвование - всё это было в ХIХ веке большой редкостью, исключением среди подрельского клира. Лишь при настоятельстве Михаила Тихоницкого такие порядки стали правилом. До о. Михаила подрельский храм был чем-то вроде места ссылки проштрафившихся священников, как пишет о. Цвейтов - "местом исправления самых неисправимых служителей церкви". Причиной тому была бедность и неблагополучие прихода - следствие большого числа явных и скрытых сторонников раскола, не участвовавших в содержании храма и причта.  Предосудительное поведение подрельских священников было в устах раскольничьих учителей самым весомым доводом в пользу правоты старой веры, да и без всяких уговоров - наглядным принижением авторитета Православной Церкви в глазах крестьян. Старая вера становилась мечтою почти всех религиозно настроенных жителей Подрельской волости. Тем самым раскол находил себе все новых и новых сторонников, а православный приход становился все беднее. Замкнутый круг. Если крестьянин уходил в раскол, тут ему на помощь приходили - крепкая, сплоченная община, во всем поддерживающая и всегда идущая на выручку единоверцам, и земляки-богатеи, щедро дарившие их деньгами и подарками. Тут была строгая, нравственная жизнь семей староверов; степенная, истовая молитва и богослужение по древнему чину. Что всему этому могла противопоставить официальная Церковь и мирские власти? Гонения часто лишь укрепляли раскольников, преследуемые вожди раскола в глазах простого народа становились страстотерпцами, мучениками за правое дело и окружены были ореолом святости. А проповеди миссионеров не шли ни в какое сравнение с наглядным примером порочной жизни подрельского духовенства, среди которого процветали жадность, пьянство, ссоры и даже драки с прихожанами. О. Павел Цвейтов пишет по этому поводу - довольно подробно: "Из множества следственных дел о Подрельском причте не могу, чтобы не быть голословным, не привести хотя самое позднейшее (и слава Богу - последнее), производившееся в 1869 году.

Collapse )