September 2nd, 2014

gold elf

Убийство, просто убийство

Недавно мне стал известен одни случай. Где-то в начале августа к некоему московскому священнику подошел человек и сказал, что хочет отправиться в Донецкую область воевать на стороне самопровозглашенной Донецкой народной республики против сил официальных киевских властей. Священник поинтересовался, почему и для чего мужчина собирается этим заняться. Человек оказался российским гражданином и добровольцем. Родных и близких в Донбассе нет. Священник сказал, что благословить его не может.

Буквально через пол-часа тот же человек пришел на исповедь. Еще до того, как начать принимать исповеди, священник подошел к мужчине и сказал примерно следующее:

"Вы собираетесь, не будучи военным, не получив приказа от государственной власти, отправиться воевать за сотни километров от дома. Следовательно, вы прямо собераетесь совершить убийство, а это смертный грех. Я могу принять вашу исповедь лишь в том случае, если вы готовы твердо отказаться от своего намерения и дать Богу в том обещание. Если вы не откажетесь от своего намерения (которое уже есть соучастие убийству), или, не дай Бог, действительно начнете убивать других людей (сколь угодно виновных), вы окажетесь нераскаянного смертного греха. Вам нельзя исповедоваться, причащаться, прикасаться к святыням. Если вы умрете без покаяния, вас нельзя будет отпевать".

На том они и разошлись. Человек из храма рассосался и более не насасывался. Наверное, очень верующий был.

Собственно, мораль сей басни проста. Можно долго спорить о границах личной отвественности у людей, принявших присягу, или о границах допустимой самообороны, или о прочих, весьма многочисленных, "пограничных случаях" христианского морального выбора. Несомненно одно: те христиане, кто добровольно, не испытывая принуждения или непосредственной угрозы, отправляются на войну, суть потенциальные или действительные вольные убийцы. Те, кто поставляет им орудия убийстви или средства к их приобретению, - соучаствуют в вольном убийстве. Таковые люди, по моему личному мнению, пребывают отлученными от церковного общения по многочисленным правилам святых отцов и соборов. Я также сомневаюсь в том, что священники, открыто призывающие совершать смертный грех, остаются при этом священниками.

Еще раз для тех, кто в танке - мнение моё личное, никого не убеждаю, в пустые словопрения не вступаю.

Заранее скажу о "непосредственной угрозе". Понятие сие не четкое (как и границы допустимой самообороны), но, опять же, по-моему личному мнению, за отказ убивать (независимо от мотивации) в ад не попадают, а вот за убийство велик шанс и в ад.