Hoddion (hoddion) wrote in christ_civ,
Hoddion
hoddion
christ_civ

Молчание и растворение

katya_mcw напомнила о романе Сюсаку Эндо "Молчание":

«в Японии при Шогунате Христианство было под запретом. Но для создания Божьего Царства на Земле, Католическая церковь отправляла священников одного за другим, которые или погибали в борьбе с правительством, или предавали веру.
Один молодой священник попадает в такую Японию, вскоре его берут с другими верующими японцами в плен. После того, как он увидел многих японцев, которые молча идут на смерть из-за веры, веря в приход Божьего Царства, в то, что там им будет легче, у священника возникает сомнение: к этому ли призывает Бог? И когда власти предлагают сделку: если он бросит веру, наступит нагой на икону Христа, то освободят остальных верующих японцев, он, вопреки указаниям Церкви, бросает веру, наступает на лицо Христа, чтобы остановить уничтожения невинных японских верующих».

Чтобы остановить уничтожение невинных, надо позволить им отречься от Христа?
Там произошла еще более глубокая вещь: священник, а он был францисканец, сам отрекся от Христа. Принял буддизм и новое имя, женился, стал чиновником. Жил тихо, скромно, безвидно. Ни в какой «пропаганде христианства» замечен не был. Но вот, после его смерти в доме и находят евангелие и крестик, и двое его слуг почему-то убегают из дома, ничего не украв; видимо, они стали тайными христианами. Вообще атмосфера в доме умершего обнаруживается подозрительно христианской. Эти тайные христиане, поклонявшиеся Богородице под видом изображения Каннон-сама, просуществовали в Японии вплоть до осени 2001. Даже когда в эпоху Мэйдзи объявлена была свобода вероисповеданий, они не воссоединились с Римом, не стали ни православными, ни протестантами. Почему они в итоге распались, я расскажу в конце. Они жили так, как завещал францисканец, и эту веру сохранили до конца.
Францисканец понял одну вещь: для его любимых японцев «страна Параисо» это не идея, а абсолютная реальность. Жизнь их настолько невыносима, что они с радостью пойдут туда. В Европе давно такого не было, а если и было где, францисканец того не видел. Он любил Японию, страстно, как женщину. Стремился ей овладеть – обратить ко Христу, очистить, для него это было одно. Потаенно он больше всего любил власть. Но превыше всего – желание. И второе: ему не верилось. Он постоянно то упрекал Христа в несодействии своим амбициям. То, как ребенок,радовался, что ему снова позволено действовать. Бесконечное смирение, послушание и
веру он увидел у японцев. И третье: он считал, что ни аскеза, ни мистическое созерцание до конца не спасительны. Да и спасительны ли вообще? Только простые человеческие чувства под спасительным руководством любви могут открыть Царство Божье. Это спасительное руководство любви сыграло с ним странную вещь: он решил раствориться до конца. «Ведь все вообще-то Божье. А, если что-то примешалось, Господь очистит. Пути Его нам неведомы».
А японская тайно-христианская церковь так и прошла этим путем до конца. Когда ни один из их детей не захотел больше молиться христианскими молитвами Богородице под видом Каннон-сама, а сказал, что идет к католикам или протестантам, последние два десятка адептов с плачем вынесли на улицы Токио свои иконы и богослужебные книги, положили их наземь и ушли. Надеюсь, после этого никто не пытался брать у них интервью.

Об этом еще в свое время хорошо написал papanda


Tags: католичество, литература
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments